Дед Онотолий (a_simakoff) wrote,
Дед Онотолий
a_simakoff

Categories:

Про одного, не стесняющегося в выражениях, австралийца

Путешествие в историю Формулы 1 продолжается. Сезон 1975 года. Ещё не осела пыль с большой аварии в Гран При Испании, как пилотам предложили покататься практически на такой же трассе в Монте-Карло. Да средняя скорость ГП Монако была на 20 км/ч ниже, но все же обе трассы были одинаково опасны. Организаторы ГП Монако спешно кинулись исправлять косяки. Все болты были докручены и где-надо заменены. Барьер стоял не двойной, как в Барселоне, а тройной. Наконец гонщиков, как львов в цирке, оградили от зрителей высоченной железным сетчатым забором, чего в Монако никогда не было. Наконец под давлением Энцо Феррари, число стартовых мест было сокращено до 18 самых самых быстрых. Ну и изменили некоторые шиканы. Квалификация теперь проходила в четверг и пятницу. Субботу оставили для гонки Формулы 3 и ремонта побитой в квалификации техники.
Плюс синоптики обещали дождь во второй половине недели. Поэтому Жарье, Уотсон, Лауда и Лаффит предпочли сразу выскочить в четверг на трассу, не подбирая  настройки и показать хоть-какое нибудь время, не дожидаясь дождя.

Квалификация запомнилась разворотом Регаццони в которого влетел Уотсон. Поломкой коробки передач у Андретти. Взрывом движка у Лаффита, что выбило пилота Williams из борьбы за старт в гонке. И конечно же прощальным кругом Грэма Хилла. Пятикратный победитель Монако не смог попасть на старт.
Круг с Фиттипальди


А так выглядели первые 10 стартовых мест. Отметим что из-за тесноты трассы стартовая решетка приобрела современный вид. Ну и конечно всех порадовало возвращение в лидеры Shadow.
1
Niki Lauda
Ferrari 312 T
Ferrari 001 3.0 B12
2
Tom Pryce
Shadow DN5
Ford Cosworth DFV 3.0 V8
3
Jean Pierre Jarier
Shadow DN5
Ford Cosworth DFV 3.0 V8
4
Ronnie Peterson
Lotus 72Е
Ford Cosworth DFV 3.0 V8
5
Vittorio Brambilla
March 751
Ford Cosworth DFV 3.0 V8
6
Clay Regazzoni
Ferrari 312 T
Ferrari 001 3.0 B12
7
Jody Scheckter
Tyrrell 007
Ford Cosworth DFV 3.0 V8
8
Carlos Pace
Brabham BT44B
Ford Cosworth DFV 3.0 V8
9
Emerson Fittipaldi
McLaren M23
Ford Cosworth DFV 3.0 V8
10
Carlos Reuterman
Brabham BT44B
Ford Cosworth DFV 3.0 V8
А вот фильм сугубо для любителей гонок. Трансляция с ГП Монако, причем не до конца, и особо толком в эфир ничего не попало, вообщем так, посмотреть помедитировать можно, но на любителя.

Итак Shadow против Лауды, уже одно это обещало хорошую гонку, но вот ту то и пошел обещанный ранее дождь. Небо хмурилось с самого утра и как раз к обеду зарядило хорошую порцию влаги. Все поставили себе мокрые шины, молясь что бы те не стерлись в сухом туннеле.

Первый круг был наполнен толкотней, в которой более всего пострадали Брамбилла и Регаццони.

Лауда уверено выиграл старт и в толчие не участвовал, а вот пытавшийся его нагнать Жарье почти тут же поймал барьер в Мирабо и выбыл из гонки. Осторожно скользя Лауда, Петерсон и Прайс стали отрываться от Шектера, Фитттипальди, Паче, Ханта и Депайе. Регаццони после пенков на старте скатился на 16-е место а Брамбилла поехал в боксы выпрямлять рычаги подвески.  Клей тоже поехал в боксы на пятом круге, но менять стертые шины. К тому времени Лауда, Петерсон, Прайс сделали отрыв от остальных а дождь стал стихать.

4-м шел Шектер доведший до ручки Фиттипальди, своей медленной скоростью и грамотной обороной. Прайс висел на Петерсоне, но у Тома стали накаляться задние тормоза, плюс на подсыхающей трассе он начал терять скорость. Меж тем в полыхающей машине в боксы приехал Андретти, утекающее масло попало на раскаленную трубу.
На 14 круге над трассой появилось солнце, трек стал сохнуть ещё быстрее, быстрее и изнашивалась мокрая резина. Первым в боксы переобуваться поехал Хант. Случилось это на 17 круге. На 18 его примеру последовал свежий победитель ГП Испании - Йохен Масс. На 21 не выдержали Прайс, Паче и Уотсон. У Тома пит-стоп затянулся, так как он ещё менял поврежденный нос. На 24 круге в боксы заезжают Лауда, Шектер и Фиттипальди. Когда на 25 круге в боксы поехал Петерсон, Ники Лауда вернул себе лидерство в гонке. Вторым и третьим шли Депайе с Иксом, но они ещё не останавливались. Отлично с пит-стопом справились в Макларене. Фиттипальди шел 4-м, опережая Шектера и Паче. А вот в Лотусе провалились. Колесная гайка закатилась под болид и пока её доставали, прошла уйма времени. Ронни вернулся за Паче.

После волны пит-стопов все выглядело так: Лауда, Фиттипальди, Паче обогнавший на трассе Шектера, потом южно-африканец, Петерсон, Масс, Хант, Депайе, Икс и Донохью. Уотсон, Рётеманн и Джонс уже проигрывали Лауде круг.

Лауда ехал без ошибок, Фиттипальди сконцентрировался на вождении, Шектер метался позади Паче, не зная как того обогнать. На Петерсона насели Масс и Хант. Надежды Шектера на подиум лопнули прям как его шина, вынудившая Джоди поехать в боксы. Уотсон сошел с заглохшим движком (он заглушил двигун уворачиваясь от маневров Брамбиллы). Виторрио сняла с гонки команда, боясь что то  ещё чего учудит, шансов на очки у итальянца все равно не было. Разбил свой болид Регаццони. На въезде на набережную, поймал в заносе барьер Прайс. У болида Алана Джонса отлетело колесо, к счастью случилось это на подъеме к Казино а не в туннеле.
Вообщем весь интерес в гонке склонился к тому, пройдет ли Депайе группу сдерживаемую Петерсоном и кто ещё поймает барьер. На выходе из казино этим кем-то стал Хант.

Поскольку начало гонки из-за дождя было медленным, в отложенные 2 часа пилоты не уложились. За два круга до официального финиша время истекло и Лауде махнули финишным флагом.


1. Niki Lauda
2. Emerson Fittipaldi + 2,78
3. Carlos Pace + 17.81
4. Ronnie Peterson + 38.45
5. Patrick Depailler+ 40.86
6. Jochen Mass + 42.07
Кстати для Феррари это была первая победа в Монако за последние 20 лет. В 1955 году Морис Тринтеньян выиграл в Монте-Карло воспользовавшись тем, что Мерседесы, доминировавшие весь сезон, оказались для Монако слишком широки. И с тех пор как отрезало. Вообщем не трасса это Феррари, у того же BRM за это время насобиралось аж 5 побед.
Ну а в чемпионате продолжалась борьба двух бразильцев - Фиттипальди и Паче.
Зачет пилотов
учитываются результаты 7 лучших из 8 первых гонок и 5 лучших из оставшихся 6 гонок
Кубок конструкторов
учитываются результаты 7 лучших из 8 первых гонок и 5 лучших из оставшихся 6 гонок; один и тот же конструктор получает лишь очки за лучшую финишную позицию
1.Эмерсон Фиттипальди -21
2. Карлуш Паче -16
3. Ники Лауда -14
4. Карлос Рётеманн -12
5. Йохен Масс -10,5
6. Джоди Шектер -9
7. Патрик Депайе -8
8. Джеймс Хант -7
9.
Клей Регаццони -6
10. Жаки Икс -3
11. Ронни Петерсон -3
11. Жан-Пьер Жарье -1,5
12. Витторио Брамбилла
-1
13. Лелла Ломбарди -0,5
1. McLaren Ford-26,5
2. Brabham -Ford -25
3. Ferrari-17
3. Tyrrell-Ford -13
5. Hesketh-Ford -7
6. Lotus-Ford-6
7. Shadow-Ford-1,5
8. March-Ford-1
18 пилотов отбиралось на старт из 27. Т.е. шансов для новичков практически не было. Ensign, Fittipaldi, опытнейший Грэм Хилл, команда Williams в полном составе, все они остались за бортом. Но Алан Джонс на прошлогоднем Hesketh, от которого плакал сам Хант, это сделал. Первые признаки. что мы имеем дело с будущим чемпионом мира. Очень ярким чемпионом, добровольно отказавшимся заработать ещё пару титулов. Зимой 1981 Патрик придумал  Уилер (Williams FW07) и Фрэнк сказал, что я должен был приехать в Донингтоне, чтобы проверить его. Я купил в Австралии ферму, у нас был наш сын Кристиан, и тут я должен был месить говно в Англии. Я остался в этой гребанном мотеле в Донингтоне, и я должен был вскипятить чайник в моей комнате, чтобы разморозить замок, чтобы попасть в мою машину на следующее утро. Я подумал: "Вот почему, я хочу уехать домой".Я протестировал машину, приехал обратно в холодный серый Хитроу и сел в самолет Qantas. Как только мы прорвались через облака в солнечном свет, я подумал: "Я не буду скучать по Формуле 1". Ну конечно же, я в неё вернулся, и даже  два раза.  Джонс ушел и в 1982 году, на его машине чемпионом стал Кеке Росберг. Вообщем, вы должны понять. что Алан Джонс, это человек, которого стоит слушать, ибо за словом он в карман не полезет и совершенно откровенен.
Alan Jones
Алан Джонс родился 2 ноября 1946 года в Мельбурне, Австралия, в семье автогонщика Стэна Джонса, победителя австралийского чемпионата «Золотая звезда» 1958 года и ГП Австралии 1959 года. Стэн был грубоватым, обожаемым публикой, сильно пьющим человеком, прожигающим жизнь с бешеной скоростью.

Страсть к гонкам у нас в крови. Мой старик заслуживал места в Ferrari или BRM, но у него были маленький сын и маленький бизнес. Зато Джек Брэбэм поехал в Европу и выиграл три титула. Но, по правде говоря, мой папаша был покруче Брэбэма. Он был колоритный персонаж. Он имел ряд очень успешных автосалонов. Жрал виски, нравился дамам. Я был окружен гоночными автомобилями и мне было море по колено. Когда кто-нибудь спрашивал  Алан, чем ты будешь заниматься, когда вырастишь, я всегда говорил, что буду автогонщиком. Папа купил знаменитый Maybach Special, и он выиграл первый новозеландский Гран на нём в 1954 году, против V16 BRM Уортона и V12 Ferrari Уайтхеда . В том же году он лидировал в австралийском Гран При на старом автодроме в Саутпорте. По мере того как топливо кончалось, Майбах становился легче, и все выше подлетал на склонах. Наконец-то что-то сломалось, как он приземлился, и он отправился в лес. Огромная авария. Майбах стал короче  в два раза, а батя лишь поцарапал подбородок. Тогда он получил Maserati 250F с завода - с совершенно новым двигателем 300S. Он выиграл в 1959 Австралийский Гран При на нём. Он также имел Cooper F1, и он даже выступал в Ралли Монте-Карло.

Мои родители развелись, когда мне было 12, и папа получил опеку над мной. Он всегда был парнем, который получал, все что хотел. У нас была домработница, чтобы готовить и убирать, и я прогуливал школу, чтобы ездить с батей на гонки.. Когда мне было 16 я начал выступать в горных гонках и я начал работать в компании папы. Тогда папа пошел ва-банк, что бы расширить сети  и его скосил кредитный кризис. С тех пор я перестал быть избалованным мальчишкой и стал башковитым, маленьким ублюдком, мне вдруг пришлось выучить несколько жестких уроков о жизни. Если бы папа не обанкротился, я не думаю, что я бы в конечном итоге стал гонщиком.

Алан Джонс, опираясь рукой на Форд Зефир наблюдает старт отца в гонке.

Я знал, что если я хочу попасть в  автоспорт, я должен был быть в Европе. Я приехал в Лондон с £ 50 в кармане, и моим приятелем Брайаном МакГуайром. Я получил работу в фирме  продающей фейерверки, но потом мы с Брайаном начали продавать подержанные Фольксвагены ничего не подозревающим Киви и австралийцам. Мы выкупали битые машины и чинили их с помощью молотка и веревки.  Иногда мы их покупали  за £ 150 и продавали их через несколько часов за £ 600. Все заработанные деньги уходили в гонки.
Они купили болид F -Ford, который Брайан разбил, а затем Алан купил Лотус 41, который разбил на тестах в Брэндс-Хэтч. Парень пересек трассу, что уехать в боксы, я свернул, чтобы избежать его, и врезался в барьер. Меня немного пожевало, была сломана нога, так что они взяли меня в больницу, которая имела оборудование оставшееся после  англо-бурской войны. Дама Доктор начал читать мне  лекции о том, как автоспорт опасен для жизнь. Потом она достала корявые ржавые ножницы и собралась порезать мой, совершенно новый комбинезон. Жутко захотелось ударить её по лицу, но я сдержался и просто её обматерил. Позже я узнал, что они починили мою ногу, совсем не так, и я должен был её ломать снова. Я починил Лотос и продал его.

В 1971 они с МакГуайром выступали в Ф1600 на собственных болидах, окрашенных в национальные оранжевые цвета. Люди думали, что нас спонсирует наше богом проклятое австралийское правительство, но на самом деле все деньги ушли на покупку краски. В 1972 году Джонс женился и для поддержания штанов, запустил новый бизнес на грани мошенничества. Мы арендовали большой дом в Илинге, наполнили его двухъярусными кроватями купленными в армейском магазине, и поселили в него австралийцев, новозеландцев и канадцев. Четыре комнаты, £ 11 в неделю с хреновым завтраком. Я рано вставал и делал завтраки, блюдо из хлопьев и бекон с яйцом, и все должно было быть завершено к 9 утра, так что я мог бы провести остаток дня в гонках.
В 1973 году Джонс до последнего боролся за один из титулов в британской Ф3. На последнем этапе у него взорвался движок и Алан уступил 2 очка Тони Брайзу. Всю зиму Джонс провел в поисках, куда двигаться дальше. Меж тем с его отцом случилась беда, он перенес инсульт. Мы привезли его из Австралии, и он жил с нами в Илинге. Он пришел в себя, бывал на гонках со мной, опираясь на палочку. Затем  был еще удар, и его не смогли спасти. Это было очень грустно. Он умер в 1973 году, и ему было только 51. Я  выиграл гонку F3 в Сильверстоуне, и мы положили мой венок  победителя в гроб с ним.

Потом я услышал, что человеку по имени Майк Салливан, требуется гонщик для его Формулы Атлантик команды. Я позвонил ему, и он мне много пообещал: новый автомобиль, большой транспортер, тесты. Я был у него раньше, чем он повесил трубку. Когда я добрался до него я увидел старую Nestlé фургон. Это был обещанный большой транспортер, и я стал немного волноваться. Болиду был два года, и в его первой гонке он перегрелся. Но во второй, в Сильверстоуне, мне повезло: все люди передо мной сломались или разбились, и я выиграл. Я дал Салливану список вещей, которые необходимо сделать, перед  следующим раундом на Олтон Парк через две недели, и  ничего сделано не было. Он просто поставил машину обратно в фургон Nestlé. Так что я отказался выступать, и я уверен, что все в боксах знали, почему.
Поэтому Гарри Стиллер предложил мне тесты. Его болид Ф-Атлантик  действительно был новый, и у него был хороший двигатель. Но его водитель, Беф Бонд, жаловался, что у автомобиля были проблемы с недостаточной поворачиваемостью.  Мы избавились от этой проблемы и я вернулся в Ф-Атлантик, Беф Бонд был повышен до менеджера команды, и мне пришлось выступать весь сезон. В целом никакого вреда или пользы моей карьере тот сезон не принес, было много сходов.

А в 1975 году Джонс с ноги вынес дверь в Ф1, потому как Гарри Стиллеру удалось купить по случаю, прошлогодний Hesketh. Джонс дебютировал в Испании (Я помню как все сидели и спорили о безопасности, и я думал, блин, ну я то приехал в Испанию что бы поучаствовать в гонке, вообщем я быстро примкнул к тем, кто хотел гоняться). Через 4 гонки у Стиллера начались проблемы с налоговой полицией США и команда закрылась, но Грэм Хилл позвал Алана стать партнером Брайза в его команде.
Грэм был чемпионом мира и поэтому чувствовал, что он знает лучше своих пилотов, как надо настроить машину. Он был упрямым и негибким. Отличный автогонщик но плохой начальник. Как только выздоровел Штоммелен, Джонса перебросили в Ф50000. Он был полон решимости вернутся в Ф1, но будущее выглядело мрачным. Ему позвонил Лорд Стэнли из BRM, но Джонс то предложение отклонил. Я ему просто не поверил. Есть машины которые не хотят ехать и есть люди которые не хотят ездить на таких машинах. Тогда Джон Сёртиз позвал меня на тесты  в Гудвуде - который я  хорошо знал по Ф-Атлантик - и после них, он предложил мне  место в команде. Он улетал в Южную Африку на тесты, и попросил меня, чтобы поехать с ним. В Хитроу он сунул мне бумажку. Это был контракт на два года, и он сказал: "Пойдешь на это, или не поедешь. Я сказал: "Подожди, Джон, мы в зале вылета. Я бы очень хотел его хотя бы почитать ". Он сказал: "Я не плачу деньги,  если ты не подпишешь". Я уставился на него, и мы начали спорить. Сотрудники авиакомпании подгоняли нас, потому что мы задерживали вылет. Так что я подписал.
Мы были в Кальями  неделю и я думаю, что я сделал, за это время всего  шесть кругов, потому что стойки разрушились. Потом была Гонка чемпионов в Брэндс-Хэтч. Был скандал, потому что БиБиСи отказалась показывать гонку, все потому, что наш Сёртиз имел страшное слово Durex написано большими буквами на носу. "Телекомпания не хочет что бы имя контрацептива, появлялось на экране", но циники  говорили, что это не будет проблемой, потому что Сёртиз вряд ли будет крупным планом, так как камеры не покажут  его в любом случае.
Так и было. Вообще то был ужасный сезон, но Джонс старался и даже принес команде кое какие очки.
Джон всегда шел через  ритуал траты времени в квалификации, пытаясь вносить бесконечные небольшие изменения. Он возиться с автомобилем, я делал несколько кругов, говорил Джону что я думал, он возиться еще,а я хотел бы сделать еще несколько кругов, и к концу квалификации мы просто управляли , если повезет,  машиной такой же, как это было, когда мы квалификацию начали. Джон сказал мне однажды: "Причина, почему автомобиль не достаточно быстр, потому что шасси слишком хороши, и не прогревают достаточно шины. Так что я сказал: "Ну, Джон, почему бы тебе просто, привычно над этим немного поебатся? В основном это была хорошая машина, и мы заработали четвертое и пятое место в гонках, но это было разочарование сезона. Два наиболее трудные человека, что я когда-либо встречал, были экс чемпионами мира. В конце первого года моего двухлетнего контракта я сказал себе: «Если я могу выступать только в Surtees, то Формула 1 мне не нужна.

Я перебрался в Тасманскую серию и даже выиграл ГП Австралии через 18 лет после отца, но был фальстарт и меня понизили до 4-го места. Потом меня пригласили на тесты Индикара. Мы приехали в Онтарио с McLaren M16, и я никогда не носил комбинезон так долго и так мало ездил. Нам пришлось ждать три дня что бы стих ветер, потому что, видите ли, в ветер они не гоняются. Казалось, каждый раз, когда самолет летел мимо и бросал тень на трассу они переставали работать. Я не хотел, я не хотел на овалы, это было странно.

Когда Том Прайс погиб в Кальями,  Джеки Оливер позвонил мне по телефону. "Чем ты занят, Алан? "Ничем особенным". "Приезжай и поедешь за Shadow. "Ну, беда, у меня этот контракт с Surtees. "Позвольте мне справиться с этим," сказал Джеки. Я не знаю, что случилось, но он с этим справиться, и я стал водителем Shadow в 1977. Дон Николс был немного странным - каждый, кто носит черную шляпу и черный плащ немного странным- но Алан Риз был хорошим менеджером команды, он делал вещи. У нас был подиум в Монце и пара четвертых мест. И я выиграл австрийский Гран При.

Это было большим сюрпризом для всех, в том числе и организаторов, которые не имели Австралийского национального гимна. Некоторые пьяные стали петь с С днем ​​рождения тебя под трибунами. Я не сильно возражал.
А через пару недель, его старый приятель Брайан МакГуайр погиб в гонке Британской Формулы 1 (серия Аврора). Я говорил  Брайану:" Смотри, приятель, какой бы  этот автомобиль не был новым, его надо гнать обратно на завод после каждой гонки,что бы его разбирали, проверяли и собирали заново. Вы не можете просто пропустить его через автомойку. Когда я вижу, что люди покупают болиды моего времени, мне становится, страшно. Большинство конечно к ним готово, но некоторые явно не понимают, с чем они будут иметь дело. Они же были опасными, даже когда были новыми. И барьеры вдоль трасс мягче не стали.

После победы в Австрии люди стали говорить, посмотрите на Джонси, он едет хорошо в дерьмовой машине. И в конце сезона мне позвонил Фрэнк и сказал, что я ему интересен и тут я получаю повестку из Маранело о том, что старик хочет меня видеть.  Во-первых, Лука ди Монтеземоло сказал мне:« Когда вы встречаете господина Феррари, он будет спрашивать вас, почему вы хотите водить Феррари. Убедитесь, что у вас есть готовый ответ. Я то думал, что это довольно очевидно, почему я хотел проехать в Ferrari. Пьеро Ларди показал мне объекты, которые были удивительны, особенно для тех дней -  литейный цех, испытательный трек, все - и тогда я был доставлен в виллу мистера Феррари. Они открыли мне  это белое лицо  с темными очками, и моя первая мысль была: "Блядь, да он же  мертвый. Они привязали его к креслу  и они крутят запись его голоса, из-за занавески". Он спросил меня, почему я хочу проехать Ferrari, и я должен был дать правильный ответ, потому что они дали мне контракт, и я подписал его. Частью сделки было что мне придется жить в Модене, что тоже не было для меня драмой. Тогда они сказали: "Мы хотим, североамериканского гонщика, потому что это поможет нашим продажам дорожных автомобилей в США, таким образом, мы пытаемся подписать мистера Андретти. Если мы не подпишем его, вы водитель Ferrari для 1978. Это, казалось, довольно просто.

Две недели спустя я прочитал в комиксах, о том, что Марио Андретти подписан Lotus, так что я подумал:" Как здорово то - я водитель Ferrari. Я позвонил в Маранелло и сказал: "Когда вы хотите меня видеть?" "Вы нам не нужны, говорили они. "Мы подписали североамериканца - Жиля Вильнева. Так что я повесил трубку, набрал номер Фрэнка, и сказал: "Фрэнк, я очень  много и долго думал над  вашим предложением..."
Подписав Вильнева, Феррари сделали мне самый большой подарок в моей жизни. Я встретил Фрэнка. Тогда я пошел на завод, увидел FW06, и впервые встретился с Патриком Хэдом . Я был невероятно впечатлен Патриком. По сравнению с тем, где я выступал ранее, что ожидал от  Формулы 1, он просто, был небо и земля. У команды был один болид, и я был немного обеспокоен тем, что 06 не имел граунд-эффекта, но то, что я видел, это пять наклеек наклеенных на нем, Саудия, потому что это означало, что он был надлежащим образом финансирован. То, что я не понимал, что, хотя наклейки был на машине, сделки еще не было
.

Патрик и я, у нас были фантастические отношения. Мы понимали друг друга так хорошо, что он мог  угадать мои мысли. Если  я хотел корректировку на сетке после выполнения разогревачного круга, он точно знал, что я хотел, прежде чем я  просил. Фрэнк принимал более активное участие в деловой стороне, делая предложения.  Фрэнк является лучшим парнем, из тех, за кого, я  когда-либо ездил, потому что он был большой мотиватор. Он может заставить  вас ходить по битому стеклу. Он был, и до сих пор есть, гребанный гонщик. Я по  честному не могу понять, как он и Патрик по-прежнему  в гонках и они идут вместе, из года в год.И это спустя почти 40 лет.

Главное моё разочарование, что Регаццони, а не я принес им первую победу. Зато в 1980 Алан Джонс стал для команды первым чемпионом мира. А затем было эпическое противостояние с собственным партнером Карлос Рётеманном, окончившееся эпохальными словами Джонса "Я могу закапать топор войны, но только в твою могилу Карлос"

Все истории, в которых Рётеманн и я ненавидели друг друга являются фигней. Он ничем не отличался от любого из моего товарищей по команде. Я никогда не говорил, чтобы любой из них, отличный парень, потому что я должен был соревноваться с ними, и я не собирался давать им спуску. Но последнее, что Фрэнк хотел, это что бы  его два пилота, трахали бы друг друга, и испортили бы стройную командную мелодию. Таким образом, он написал в договоре Карлоса, что если бы мы были более, чем в 10 секундах впереди всех остальных, и мы были разделены менее двух секунд, то я должен выиграть. Карлос читал договор, и он его подписал, и я не видел, что бы кто-то держал пистолет у его виска. На самом деле такая ситуация возникла лишь раз, в Рио в 1981 году,  мы умчались  вдаль с Карлосом впереди меня. Я думал, что если я останусь в 2 секундах от него, он должен пропустить меня. Мы все ближе и ближе к концу гонки, из боксов показывают табличку Джонс-Рёт, и я думаю, "Что  происходит?"

Тогда я подумал:" Я знаю, что он собирается делать, он будет играть Г-н Очевидное и пропустит  меня на последнем круге, где каждый мог увидеть эту несправедливость. Так я продолжал сидеть за ним. Но он просто продолжал ехать и выиграл гонку. Я вышел из машины и пошел к трибуне, которая не была в основном корпусе над боксами, и после постоял под дождем, успокоился и вернулся в паддок. Это было истолковано что из меня потекло дерьмо в сторону Карлоса и пошли слухи. Следующий раунд был в Аргентине, родной земле для Карлоса, и в Буэнос-Айресе, я видел таксистов показывающих мне фак. Даже гребанные маршалы на трассе показывали мне фак. Люди придумали что-то чего не было, и сценарий командной тактики не прошел, Фрэнк Уильямсу, было досадно, что Карлос проигнорировал договор, и он заплатил ему только  за второе место.

Единственный гонщик, что вызывал у меня восхищение был Ронни Петерсон. Я всегда ладил с Ронни. Все знают о его фантастическом управлении автомобилем, но он был так одарен, естественно,  он понятия не имел, почему он был так быстр. Он не мог проанализировать это. Вот почему он не был хорош, как тест-пилот: дать ему проблему, и он просто ехал с ней. С Жилем Вильневым всегда была борьба рука в руку. Он был очень жестким, соперником, но он всегда был справедливым. Все помнят его прокол в Зандвоорте в 1979 году, и он просто продолжил гонку с задним разорванным колесом, это был идиотизм в чистом виде. Я бы не хотел быть тем парнем, позади Жиля, ловящим ошметки колеса шлемом.

В 1981 году Джонс приехал в Монцу со сломанным пальцем (подрался с таксистом в пробке) и объявил об уходе из Ф1.Ф. Уильямс Вот уж порадовал так порадовал. К тому времени все лучшие гонщики были связаны контрактами. На следующей гонке, вместо того чтобы определяться с подбором шин, мы с Патриком выслушивали нашего спонсора, который втолковывал нам, что мы должны взять Эдди Чивера. Джонс  У меня было 2200 акров, для разведения крупного рогатого скота симментальской породы и овец. Я был болен путешествия, и я подумал: "Отлично, я никогда не увижу другой аэропорт снова. У Пирони была его авария в Хоккенхайме в августе 82, и когда меня искал Феррари по телефону я не принял вызов. Это было глупостью с моей стороны, я просто был слепцом, и я действительно сожалею сейчас. Они дали место Андретти, и он взял поул в Монце . Он никогда не платит в Италии за тарелку спагетти с тех пор.

Я вспахивал 100 акров , сидя на тракторе сутки напролет, и увидел самолет высоко в небе, и я поймал себя на мысли:« Господи, мне интересно, что там у них происходит? Потом я упал с лошади и сломал бедренную кость , и пока я лежал, Джеки Оливер позвонил по телефону и сказал: "Сейчас  все происходит в Arrows, мы получили новый крупного спонсора, возвращайся и поехали". Таким образом, я  вылетел в Штаты и сделал гонку Лонг-Бич. Мне пришлось колотить сторону монокока молотком, чтобы поместить туда мою мою больную ногу. Я квалифицировался где-то в середине, поднялся до 8-го места и сошел из-за боли в ноге. Потом я был третьим в гонке чемпионов, но таинственный миллионер так и не появился и я сказал нет.
Потом я гонялся в кубке Порш, а в 1985 году мне позвонил бывший помощник Фрэнка Уильямса - Чарли Крайтона-Стюарт, у которого было предложение такое широкое и яркое, что такого не бывает даже в кино.

Вот, что происходит был Беатрис, это крупнейшая компания в Америке, решила пойти в F1. Карл Хаас предложил делать это вместе, и все это звучало достаточно хорошо, чтобы я одел мои комбинезон обратно. Goodyear, Лола, специальный новый Форд V6 двигатель с турбонаддувом, умный новый завод, все тип-топ,  много денег. Все ингредиенты для выпечки пирога, но они не смогли включить духовку. Что пошло не так?Ну, это спорно, насколько хорошо было шасси, но двигатель был дерьмом. Красивый маленький двигатель, красивый во всем, но не в лошадиных силах.

Мы были на 20 км/ч медленнее на прямой, чем Феррари. Тедди Майер был менеджером команды, и, на мой взгляд, он был безнадежен.
На этом все, Джонс, провел какое-то время в австралийских кузовах. Потом тренировал сборную Австралии в серии А1. Сейчас любимый представитель от  пилотов в судьях.

Tags: 1975, Монако, Формула 1, пилоты Ф1, победители Гран При, чемпионы мира
Subscribe

  • Про бокс

    Вряд ли ещё кому-то удасться в этом году повторить тот триллер, что устроили в третьем бою Фьюри-Уайлдер. Но уже сегодня глубокой ночью, в Сан-Диего…

  • Про бокс

    Один из самых ожидаемых боев на этих выходных. Третья часть мерлезонского балета, под названием Тайсон Фьюри против Донатея Уайлдера. Встречались…

  • Про бокс

    Образовался перерыв в свежих боях, а значит снова есть возможность повспоминать как он было в супер-тяжах некоторое время назад. 2005 год мы…

Buy for 50 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments